На его время пришлись масштабные, тектонические перемены облика столицы республики. Это невиданная программа ликвидации ветхого жилья, старт метрополитена и строительство новых микрорайонов Азино. Это прогремевшее на весь мир 1000-летие Казани. Это выход «Рубина» в высшую лигу и его победное шествие. Это возвращение чтимого списка Казанской иконы Божией Матери, что была сначала в покоях Папы Римского Иоанна Павла II, а потом и патриарха московского и всея Руси Алексия II. Исхаков работал полпредом президента РФ на Дальнем Востоке, был постоянным представителем РФ при Организации Исламская конференция в Саудовской Аравии. Сегодня он президент Болгарской исламской академии. В его активе — формирование той команды, выходцы из которой известны и сейчас: бок о бок с ним работали Рустам Нигматуллин, Рафис Бурганов, Ильсур Метшин, Олег Антосенко, Людмила Андреева, Лилия Маврина, Луиза Космылина и другие.  

 

В Казани о мэре Исхакове до сих пор ходят легенды. Как он поднимал свою команду чуть не в 4 утра и гонял по всем объектам. Как лично контролировал стройки. Как отказался ездить на иномарке, предпочитая «Волгу», правда, с мощным двигателем от Land Rover, чтобы везде успеть. А что только ни рассказывают про аудиенцию Исхакова у Папы Римского, куда он отправился за знаменитой Казанской иконой (намоленным ее списком) Божией Матери…«Были в моей жизни такие истории, которые, наверное, не повторишь. Какой-то мэр какого-то города вдруг Папе Римскому письмо написал и попросил икону вернуть!.. И он вызывает нас на аудиенцию! И пишет, чтобы взяли с собой пять человек. Мы так и сделали… Честно говоря, я очень волновался, для меня это было чрезвычайное событие. Мы вместе с членами делегации вечерами засиживались, всесторонне готовились к встрече… Аудиенция вместо запланированных 10 минут продолжалась 35. Его Святейшество первую фразу сказал на русском языке: „А вы вообще понимаете, что просите у меня?“ Я сразу в осадок выпал… (Смеется.) И потом через переводчика объяснил нам: „Я же на эту икону в день три раза молюсь. Она не где-нибудь, а в моей придомовой церкви. Она спасла меня после покушения. Ее список у меня в машине, в комнате за кабинетом. А вы у меня ее просите!“ Я отвечаю ему: „Ваше Святейшество, во-первых, вы нас пригласили. Во-вторых, это же удел святого человека — вернуть святыню на место обретения, чтобы она давала больше пользы людям“… И откуда мне, в атеизме воспитанному, эта фраза пришла?! Наверное, от Всевышнего… Папа Римский опешил!»

 

Икона вернулась в Казань, и для нее здесь строят — восстанавливают — храм. Исхаков говорит: «Бог един. Вот на этой ценности можно и все остальное строить. Я, мусульманин, занимался возвращением Казанской иконы Божией Матери, 6 часов со свечкой в руках простоял на службе в соборе в Московском кремле. Из Ватикана в Москву приехали несколько кардиналов и, когда они передавали икону патриарху Алексию II, обнимались, целовались. Я стоял и думал: вот ведь что наделал татарин: вечные враги — католики и православные — обнимаются…»